Корреспондент поинтересовался у ВФ, когда у него появился интерес к технике живописи на деревянной основе, на что ВФ ответил:
- Еще в школе мы с пацанами любили рисовать на заборах и делать под ними краткие резолюции... Эта любовь сохранилась на всю жизнь. Потом в камере...но это уже по бетону, это не то...
- Вы помните вашу первую работу?
- Я не помню, но в милиции говорят, что это была "Последний день Енакиево".
В кабинет к Симоненко входит ЮВТ в сопровождении охраника. Охранник - шкафоподобный детина с длинными волосами, в темных очках и со стильной бородкой - замыкает за собой дверь.
ПНС немедленно впивается в них тяжелым взглядом, секунду молчит, а потом выдает сквозь зубы:
Президент Янукович скучал... Надо же, за все годы упорной борьбы за самый первый пост в государстве он ни разу не думал, что президентство окажется таким скучным занятием.
В ту ночь, когда они победили, в избирательном штабе царила удивительная, бешеная эйфория! Все смеялись, обнимались, танцевали и жрали водку до упаду. Витю качали, наверное, целый час. Витя видел перед собой много лет интереснейшей жизни. Руки чесались прямо завтра мощно взяться за работу. И показать всем, какой он крепкий хозяйственник и организатор.
---- "Проходите, Джон...да.. Садитесь вот здесь... Мери! Пожалуйста, кофе нам с мистером Кроу... Итак, Джон, Вас назначили нашим новым послом в Украине?"
---- "Да, мистер Лонг. И в госдепе мне посоветовали встретиться с Вами как с человеком знающим. Вы ведь были там послом целых 5 лет? Пока сами не попросились в отставку... Чему Вы смеетесь, сэр?"
---- "Гм... Видите-ли, Джон... Я уже не на дипломатической службе, поэтому предпочту говорить прямо: не как дипломат с дипломатом, а как американец с американцем. Вас это не покоробит?"
---- "Наоборот, сэр, это было бы чудесно"
---- "Я рад, что Вы улыбаетесь. Надеюсь, что к концу нашего разовора вы всё еще будете keep smiling... Итак, Вам придется неоднократно встречаться с президентом Ющенко. Что Вы знаете о нем?"
Виктор читал речь на съезде ПР и злился. Утром ему принесли секретные данные очередного опроса и надежно испортили весь день: рейтинги падали. Существенно. Больше всего злило то, что вместо спокойной жизни уважаемого и весьма обеспеченного человека у себя дома он когда-то связался с этим змием-искусителем, с Ринатом. Тот нарисовал ему на удивление душезахватывающие преспективы:"Президентом сделаю, будешь круче Арнольда Шварценеггера".
Дальше последовало несколько лет унижений: ежедневно жить по чужому плану, изображать из себя клоуна-политика-живчика, улыбаться аудиториям и журналюгам, выдумывать ответы, ублажать капризы соратников и спонсоров, терпеть нападки оппонентов, которых нельзя просто замочить... Особенно обидно было то, что в качестве награды за все эти мучения теперь явно замаячило политическое поражение от этих казлов...
Вы когда-нибудь чувствовали себя на самом краю страха? Не просто страха, а леденящего, животного ужаса, моментально срывающего с Вас тоненький налет человеческой цивилизованности, и оголяющий в Вас все зверинное, накопленное человеком за миллионы лет дикого существования? Кошмарное ощущение того, что в данную секунду вы еще обычный думающий современный человек, а через мнговение неизбежно превратитесь в окаменевшее, скованное ужасом животное, никогда не бывает одинаковым. И никогда не проходит бесследно. Привыкнуть к этому невозможно.
Самый большой ужас Виктора как всегда подкрался совершенно внезапно. На обочине дороги во Львове образовалась обычная толпа приветствующих его сторонников, и он решил к ним выйти. Улыбаясь и пожимая руки одинаково одетым сторонникам, построенным в четыре шеренги, Виктор случайно повернул голову чуть вправо и вдруг с необычайной ясностью увидел ЕГО. Оно только что осоединилось от метнувней его руки и начало свой ужасный, убийственно точный полет по высокой навесной траектории.
Как-то раз перед домом Мороза передвинули мусорник на 2 метра. Все жильцы продолжили носить мусор как всегда, в мусорник.
Но Мороз был не таков! Он стал опорожнять свое ведро прямо на тротуар, точно на то место, где раньше стоял мусорник.
В аэропорту его встречают Янукович и соратники. С цветами. Обнимают и виновато улыбются. Говорят: "Ну извини ты нас, Вася. Мы ж не думали, что ты и вправду попрешся генпрокуратуру штурмовать. С Беркутом наперевес. Гы-гы ...
Мы ж тогда пьяные все в сауне сидели... А Мороз, падла, встаёт с полки, берет мобилу и, покачиваясь, говорит нам: "Щас я вам прикол про Васю покажу!"
Мороз привычно нырнул в зал заседаний и неспешным шагом направился к спикерскому креслу... Именнно так любил он сюда заходить: когда в зале еще никого не было, и можно было растягивать удовольствие, медленно приближаясь к Нему.... Оно... "Мое Кресло"...
Иногда ему казалось, что это кресло живое, что оно с радостью ждет его. Едва завидев, тянется к нему, чтобы через секунду слиться с Морозом в нирване. И явить миру не просто набор в виде кресла и Мороза, нееет!. Чтобы стать единым существом, от которого зависит всё и все в этой стране. Центром власти, Главным Решателем, Главным Вершителем!..Начальником Украины!..
"Идет... идет, идет!!!!" послышались голоса, а потом и крики в толпе. Все разом зашевелились и загалдели. Лица людей засветились надеждой.
"Вииицьаа, ты лучшиийй!" - кричала какая-то блондинка, локтями и авоськами пробивая себе путь к сцене. Бабки суетливо доставали одинаковые таблички "Янукович - наш Бог", мужчины вытирали скупую слезу радости....
Цушко: "А где в конституции написано, что президент имеет право выгонять "Беркут" из генпрокуратуры?....Это однозначно узурпация власти президентом! Может, президент думает, что он Пиночет?"
Следователь Лукьяновского СИЗО: "Хорошо, переходим к разбитым дверям в ГПУ. Все как один бойцы днепропетровского Беркута показали, что ломали двери лично Вы. Один"
Чудесное солнечное утро в Изюмском лесу. Полянка. Ющенко, Ахметов, Янукович и Мороз едят шашлыки. Все в благодушно-раслабленном настроении, но ружья держат под рукой.
Ахметов, спокойно, вытирая руки салфеткой: "Ну, пусть мне теперь кто-нибудь объяснит, почему ПР проиграла внеочередные парламентские выборы." Ющенко краснеет, Янукович и Мороз бледнеют.
